Городищенский район

Район образован 16.7.1928 г. постановлением президиума ВЦИК РСФСР в составе Кузнецкого округа Средне-Волжской области. 20.10.1929 г. Средне-Волжская область была переименована в Средне-Волжский край. 23.7.1930 г. окружное деление было ликвидировано, районы стали подчиняться непосредственно краевому центру в г. Самаре. Постановлением ЦИК СССР от 27.1.1935 г. Самара была переименована в Куйбышев, в память умершего партийно-государственного деятеля В.В. Куйбышева, а Средневолжский край – в Куйбышевский.

После принятия Конституции СССР 5.12.1936 г. — Куйбышевская область. С 27 ноября 1937 г. постановлением ВЦИК РСФСР Городищенский район был включен в состав Тамбовской области, а постановлением от 4.2.1939 г. передан из Тамбовской в Пензенскую. Указом Президиума Верховного  Совета СССР от 19.02.1951 г. в Городищенский район вошла территория ликвидируемого Чаадаевского района. Непрерывная игра в перекройку границ объясняется низкой управленческой квалификацией как высшего государственного, так и местного руководства, пребывавшего в убеждении, будто стоит что-то переставить местами, переименовать, как дело поправится. К середине тридцатых годов административно-территориальная неразбериха использовалась и в политических целях: чтобы скрыть колоссальную убыль сельского населения, пострадавшего от насильства в годы коллективизации.

На 1.1.2005 г. территория района составляет 205,3 тыс. га. Из нее пашни – 63,2 тыс., сенокосные угоды – 7,7 тыс., пастбищ – 21,1 тыс. га, лесов – 84,3 тыс. га,  под лесами занято 45,4%  от всей территории района. Численность населения района в этот период составляла 54406 человек, из них городского – 25225, сельского – 29181 человека. По национальному составу: русские – 66,8 %, мордва – 5,2%, татары – 26,1 %, чуваши – 0,3%. В районе  насчитывалось 10 крупных и средних промышленных предприятий. Наиболее значимые – ОАО «Сурская мануфактура» (выпускала гражданские шерстяные и льняные ткани, а также технические и изделия из них), «Александровский спиртзавод №37», ОАО «Чаадаевский завод деревостружечных плит», ОАО «Чаадаевский маслосырзавод», ОАО «Чаадаевский комбинат хлебопродуктов», ОАО «Канаевский хлебоприемный пункт» (выпускает муку, отруби и комбикорма), ООО РПК «Городищенский» (ликеро-водочная продукция), ООО «Дубровчанка +» (пиломатериалы, мебель). Производством сельскохозяйственной продукции занимались разные СПК, ООО и пр., организованные на базе уничтоженных под давлением российского руководства колхозов, а также  крестьянско-фермерские хозяйства. Теперь (пишу эти строки в 2013 г.) и субъекты «новых форм хозяйствования» подводятся под банкротство.

По территории района в южной части проходит Куйбышевская железная дорога, протяженностью 55 километров. Имеется 4 железнодорожные станции: ст. Асеевская, ст. Чадаевка, ст. Канаевска, ст. Шнаево. Также по территории района проходит автодорога «Урал М5», газопровод «Дружба», четыре нитки нефтепровода «Уфа – Центр». Транспортная сеть автомобильных дорог  с твердым покрытием – 430,2 км. Месторождений полезных ископаемых не имеется, эксплуатируется лишь месторождение песка  и гравия. Из природных ресурсов – кварцевые пески, используемые, по данным на 2005 г., для формовки в объеме 25-30 млн куб. м в пгт Чаадаевка, пески для стекольного производства 5-6 млн. куб. м в пос. Стеклозавод, а так же 7 разведанных карьеров песка для строительных  работ.

В районе насчитывалось в 2005 г. 38 школ, 17 детских садов, педагогический колледж, филиал Современного гуманитарного института в г. Городище. В здравоохранении 6 больниц, 29 фельдшерско-акушерских пунктов, 6 амбулаторно-поликлинических учреждений. В сфере культуре 64 учреждения: районный и 20 сельских домов культуры, 8 сельских клубов, 2 городские и 30 сельских библиотек, 5 детских музыкальных школ. С 2003 г. в с. Архангельское, с. Нижняя Елюзань, с. Канаевка, с. Чаадаевка  действуют социокультурные центры. В 2005 г. открыты еще два – в с. Старые Турдаки и в с. Дигилевка. Имеется детский приют в пгт Чаадаевка, дом ветеранов Великой Отечественной войны и труда в г. Сурске, дом детства в г. Городище, краеведческий музей в г. Городище. Из природных заповедников обращают на себя внимание Саловский Бор и ущелье «Мертвая голова».

История населения района

В начале новой колонизации Пензенского края (17 в.) на территории Городищенского района находились бортные владения мордвы, во второй половине 17 в. к ним добавились бортные угодья Саввы Сторожевского монастыря, которые у него оброчила местная мордва. Ее это не устраивало. И после основания г. Пензы бортные ухожаи у монастыря отобрал «насильством» пензенец, служилый человек из мордвы Дружина Фомин. Чем окончился спор о владениях, неизвестно. Однако сам факт спора является свидетельством достаточно плотного использования территории Городищенского района в промышленных целях.

Основание первого русского селения, видимо, следует отнести ко времени между 1648 и 1663 гг., т.е. еще до появления г. Пензы. Подтверждение тому – наличие на территории Городищенского района пятачка земли на р. Юлов, вокруг Юловского слободы и с. Дмитриевского (ныне г. Городище), отмеченного на всех старых планах до 1780 г. как территория Симбирского (а не Пензенского!) уездов. Стоит заметить: Засурский стан Пензенского уезда охватывал весь этот «пятачок» со всех сторон, простираясь почти до Волги. Странное «симбирское пятно» в глубине Пензенского уезда – явное указание на былую подчиненность Юловского Городища воеводам Симбирска. Цель создания здесь острога – контроль за перекрестком дорог: одна («казанская») шла от Симбирска междулесьем до устья р. Пензы и далее на запад, другая (назовем ее «старой буртасской») – из Степи, через Аксенарский брод, далее по р. Юлов, через Городище, на северо-запад с выходом в районе пгт Лунино на Московскую дорогу.

Однако этот одинокий, выдвинутый далеко на юго-запад от Симбирска, острог, разумеется, не мог обеспечивать безопасность всего Засурского края и нижнего течения Узы и Кадады. Правда, был еще Труёвский острог на р. Суре, к юго-востоку от нынешнего Сосновоборска, близ устья р. Труёв, который, как и Юловский, блюли симбирские засечные сторожа. Но оба они не могли дать существенной защиты мирному населению. Массовая колонизация Городищенского района (речь именно о массовости, а не отдельных случаях!) падает на начало строительства сызранско-пензенской оборонительной линии. Следует заметить, что она не была достроена и до половины. Поэтому ее обозначение на картах, иногда даже на страницах крупных научных изданий, ошибочно. Указ о строительстве сызранской черты был запечатан в 1685 г., но вот самого строительства не было! Если не считать того, что на место предполагаемого сооружения мощной оборонительной черты от Самарской Луки до города-крепости Пензы правительство успело согнать часть рабочей силы, в том числе крепостных крестьян и мордву, а для охраны, чтобы строители не разбежались, поставили часть полка симбирского воеводы Матвея Головина, с добавлением полку служилых людей, собранных понемногу с полутора-двух десятков уездов, от Темниковского до Чебоксарского.

Первыми колонизаторами района стали, вероятно, в равной мере пензенцы и симбиряне. Строительство сызранской линии правительство поручило симбирскому воеводе. Симбирские служилые люди, включая начальствующий состав, получали по р. Суре земельные пожалования, затрагивая нередко интересы более древних насельников – ясачной мордвы.

В 1683 г. последовала дача земель мордовским мурзам в районе с. Старые Турдаки (близ Аксенарского брода), по р. Ишиму, на верховья Вада (с. Пазелки) и верховья Вышелея (с. Вышелей). Ясно, что эта дача проходила по местам пограничной службы мурзинской мордвы, по древней Юловской дороге, на Вышелей, Иванырс, Лунино, на большую Московскую дорогу. Мурзинской мордвой управляли пензенские воеводы. К концу 1680-х гг. к подчинению им были приведены и елюзанские татары.

Первые из них мигрировали из Темниковского уезда, по указу правительства, в 1684 г. на р. Елюзань. Их стали называть «четвертными» татарами. Они получали земельное пожалование не «вопче», как большинство «прибранных» служилых людей, а персонально. Определенная татарам площадь измерялась в четвертях: чем выше должность – тем выше был земельный оклад. Четвертным татарам разрешалось иметь крепостных крестьян (запрещение последовало лишь в 1756 г.). Татарская деревня на Елюзани впервые упоминается в 1702 г. В это время один из елюзанских челобитчиков писал царю, что они поселились там, где «дано товарыщам их, Мирясу Кудайбердееву, в кругу и в ободу с Асаном мурзою князь Такшеиновым с товарыщи, что им их жеребьи отказаны, а их де жеребьи оставлены, а владеют де они с товарыщи своими по двадцати по пяти чети в поле, а в дву по тому ж, и из того поместья служат великого государя службу».

В городищенских землях получали пожалования за службу немало дворян, в том числе симбирских и сызранских. Известно, что князь А.Б. Куракин 1-й уже с 1694 г. приступил к вымениванию (скрытая форма купли-продажи) больших площадей земельных угодий в Городищенском районе. Среди тех, кто с ним менялся (фактически продавал землю), — сызранский дворянин И.Ф. Таузаков (см. Александровка). Куракины, Голицыны, Шереметевы, Нарышкины были самыми крупными землевладельцами в районе. Все они получили значительные площади с лесом и сенокосами в последние годы 17 и первые годы 18 столетий. Появление таких крупных земельных дач связано с межеванием земель для служилых людей Петровской оборонительной линии. По указу царя Петра этим делом занимался стольник князь Путятин. И, видимо, не случайно, именно он, одновременно с представителями крупных аристократических фамилий, явился обладателем крупнейших и лучших земель в Городищенском районе. Видимо, по рекомендации этого стольника, который имел случай лично бывать в этих краях, получили земли Куракины и пр. аристократы.

При изобилии леса главным промыслом крепостных крестьян, естественно, стали ремесла, связанные с работой по дереву.  Помещики заводили винокуренные, стекольные, поташные и прочие заводы, требовавшие  сжигания многих кубометров леса. Особо ценились циновки, производимые и в самом Городище и вывозимые для продажи на ярмарки во многие города. С куракинской вотчины по р. Юлов, по весенней воде, сплавлялись на суряках хлеб, вино и другие продукты в Нижний Новгород и прочие торговые города. В 1824 г. император Александр I информировался пензенскими властями, что Городищенский уезд «изобилует винокуренными и поташными разным помещикам принадлежащими заводами». Татары указом Петра от 31.1.1718 г. были приписаны к Адмиралтейству, «к рубке, теске и вытоске карабельных, галерных и протчих лесов», и весной сплавляли по р. Суре заготовленную зимой древесину, которая поступала, видимо, на строительство Царицынской оборонительной линии, каспийского флота (готовился поход на Персию!) и на иные государственные нужды. В 1723 г. из местных татар состоялся первый набор в переводчики «для посылки в Гилян» (т.е. в Персию). В 1724 г. был большой набор татар «в новозавоеванные места», «в Персидскую провинцию, в Куру и Баку», «на собственном корме и коште», «от осми девятой», где почти все они «от всекрайнейших трудностей» померли. Около четырех лет, с 1736 по 1739 гг., узинские и засурские татары татары воевали «против воровских набегающих башкир». По возвращении из башкирского похода отправлены в Воронеж и на Дон нести пограничную службу. Все это время за них продолжали платить подушные деньги, даже за новокрещен, в том числе за тех, что вообще не имели отношения к адмиралтейской работе. Об этом они сочинили челобитную императрице Елизавете Петровне, жалуясь на несправедливости, чинимые казанскими властями (РГАДА, ф. 248, оп. 14, д. 803, л. 416–417 об.).

Природные условия Засурья и, в частности, Городищенского района имеют довольно сильные отличия от условий других территорий Пензенской области. Преобладающие здесь леса и бывшие лесные участки создали тип почвы, мало подходящий для занятий интенсивным земледелием. Деловую специфику района на века обеспечила древесная растительность. Лес стал тем ресурсом, благодаря которому процветал господствующий класс дворянства и стал причиной бедствий крестьянства. Последнее вынужденно сеяло как можно больше хлеба, чтобы прокормить семью, хотя экономически это было не выгодно. Дворяне имели возможность не гнаться за расширением посевов зерновых культур, сосредоточивая труд крепостных на промыслах, связанных с использованием древесины. Поэтому в хозяйствах помещиков Городищенского уезда пашня занимала лишь 25% от общей площади закрепленных за ними владений, в то время как крестьянские общины большинства волостей уезда сеяли хлеб на 72% своих наделов (остальную площадь занимали пастбища, овраги и болота) и все равно средств для прокорма семей не хватало, что вынуждало их наниматься в лесные рабочие помещичьих экономий. Даже татары, традиционные жители степей, превратились в плотогонов, сплавляя плоты по бурным весенним рекам до устья р. Суры и далее до Астрахани, чтобы оттуда, впрягаясь в бурлацкие лямки, тащить тяжелые суда с рыбой и солью вверх до Нижнего Новгорода.

Благодаря лесу в районе развивалась фабричная промышленность. Первыми предприятиями в районе стали помещичьи винокуренные заводы, приносившие хозяевам большой доход. Государственные крестьяне и прежде всего мордва занимались выжиганием золы для поташа – компонента производства мыла. Винокурение и зола вели к стремительному сокращению площади лесов. К счастью, лучшие участки являлись казенными, сплошная вырубка которых была запрещена. Во второй половине 19 в. на выжигание золы из древесной растительности также был наложен запрет. Все эти мероприятия правительства позволили сохранить леса. В середине 19 в. возникла крупная суконная промышленность в Никольском Хуторе (г. Сурск). В конце 19 – начале 20 столетий через территорию района прошла Сызрано-Вяземская железная дорога. Все это послужило причиной перехода экономики района преимущественно на промышленное развитие.

При рассмотрении демографической ситуации в Городищенском районе особый интерес вызывают двадцатые и тридцатые годы. В современной антикоммунистической историографии доминирует точка зрения, согласно которой за годы Великой Октябрьской революции крестьянство разорилось, над ним постоянно довлело насилие и т.п. Это не так. Разорилась вся страна, а вместе с нею и крестьянство. Однако революция дала крестьянину землю, что позволило ему в считанные годы восстановить экономику своего хозяйства. Диаграмма №2 (см. ниже) красноречиво свидетельствует о стремительном росте численности населения района между 1911 и 1926 гг. – 1144 человека ежегодно. Несмотря на четыре года Первой мировой войны и три – Гражданской.

Определенную сложность представляет подсчет численности населения района за 1939 г. и отдельных селений за 1959 г. в связи с пропусками в списках населенных мест во время всенародных переписей. Недостающие цифры приходилось компенсировать при помощи оценочных данных. Для этого определялся процент убыли/прибыли сельского населения по отношению к предшествующей дате по тем селениям, которые существовали как на момент предшествующей, так и на момент текущей переписи. Так, если в 1926 г. в анализируемой группе состояло 63 селения и в них проживало 55779 чел., то в 1939 г. в тех же селах, деревнях и поселках 51874 жителя, или 93% от уровня 1926 г. Полагая, что в «непрозрачных» селениях демографические процессы происходили одинаково с «прозрачными», мы высчитывали численность населения по «темным» селениям, исходя из полученной доли в 93% от численности жителей по переписи 1926 г. Аналогично производился подсчет отсутствующих данных по переписи 1959 г. Соотношение численности населения в «репрезентабельных» селениях оказалось 38082 жителя в 1939 г. против 48245 жителей в 1959 г., или 126% по сравнению с 1939-м.

Но имело место и исключение из общего правила. Так, по с. Трескино отсутствовали данные за 1959 г. В 1939 г. в селе насчитывалось 2296 жителей, в 1979 г. – 1031, 1989 – 800. Если бы мы исходили из того, что в 1959 г. в Трескино проживало 2893 чел. (126% населения от 1939 г.), тогда эта цифра явно выпадала бы из контекста истории именно этого села, численность населения которого неуклонно падала, начиная с 1930 г. Поэтому в данном случае мы брали среднюю цифру между 1939 и 1979 гг. и таким образом получали более корректные данные именно по этому селу, диктуемые здравым смыслом.

Большинство подсчетов осуществлялось по таблице в программе Exel. Из 181 показателя численности населения за 1939 и 1959 гг. оценочному интегрированию было подвергнуто 22 селения (12%). Разумеется, такой метод не гарантия от ошибок при определении численности по отдельным селам, однако в целом по району он является статистически корректным. По крайней мере, иных возможностей восполнить демографические лакуны нет из-за отсутствия данных.

Полученные таким путем результаты расходятся с общепринятой концепцией отношения к тридцатым годам как периоду бурного развития промышленности, в ущерб аграрному сектору. Наблюдается (см. диаграмму №1) снижение темпов роста численности населения района между 1926 и 1939 гг. Оно не носит обвального характера, как в большинстве других районах Пензенской области, где не было крупных промышленных предприятий, тем не менее провал очевиден даже в таком промышленном районе, как Городищенский.

В годы Великой Отечественной войны погибли в боях жителей района – 2906, умерли от ран – 488, погибли в плену – 30, пропали без вести – 3825, всего безвозвратных потерь – 7249 человек. Война нанесла немалый ущерб народному хозяйству. Оно стало восстанавливаться к шестидесятым годам, почти выправилось к восьмидесятым, однако целенаправленное разрушение советской экономики, а затем и российской, затормозило ее поступательное развитие. В отличие от большинства районов Пензенской области в Городищенском с 1990-х годов не происходит падение ухудшение демографической ситуации, по сравнению с 1980-ми годами. Ежегодная потеря 180 человек за последние девять лет выглядит не так пугающе, как в соседних районах. Конечно, положительную роль играет то обстоятельство, что в районе много татарского населения с их прочными семейными традициями и довольно много городского населения. Однако падение абсолютной численности жителей района продолжается.